Chronicle of war:

1941. Deployment of guerrilla fighting in the occupied territory

1941. Развертывание партизанско-диверсионной борьбы на оккупированной территории

Действия советских патриотов в тылу немецко-фашистских войск, начавшиеся с первых дней вторжения врага на территорию СССР, стали неотъемлемой частью борьбы советского народа с агрессором. Ее общие задачи были сформулированы в директиве СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 29 июня 1941 г. В этом документе определялись также наиболее целесообразные формы организации партизанских сил, средства и способы действий против захватчиков. В постановлении ЦК ВКП(б) от 18 июля 1941 г. были определены конкретные задачи этой борьбы и пути их решения.

ЦК ВКП(б) обязал центральные комитеты компартий Украины, Белоруссии, Латвии, Литвы, Эстонии, краевые, областные и районные комитеты партии этих республик и РСФСР возглавить народную борьбу в тылу врага, придать ей широкий размах и боевую активность. Тысячи партийных, советских и комсомольских активистов были оставлены для работы в подполье и в партизанских отрядах. В районы, где это не удалось сделать заблаговременно, они перебрасывались через линию фронта.

Инициатива и творчество масс вызвали к жизни разнообразные формы народной борьбы, направленной на подрыв оккупационного режима и разоблачение пропаганды, оказание помощи Вооруженным Силам. Основными из них были боевые действия партизанских формирований, деятельность подпольщиков, саботаж населением политических, экономических и военных мероприятий врага. Все эти формы тесно переплетались между собой, взаимно дополняли друг друга и составляли единое явление – всенародную борьбу против фашистских оккупантов.

Республиканские и областные партийные комитеты, отделы и управления Народного комиссариата внутренних дел, военные советы и штабы фронтов и армий энергично проводили в жизнь решения партии и правительства по развертыванию всенародного сопротивления захватчикам. В некоторых республиках и областях создавались оперативные группы, непосредственно руководившие подпольной и партизанской борьбой в тылу врага. По решению ЦК ВКП(б) в августе – сентябре 1941 г. в Главном политическом управлении РККА и политуправлениях фронтов были созданы отделы, а при политотделах армий – отделения, возглавившие партийно-политическую работу среди населения, партизан и частей Советской армии, действовавших на территории, занятой противником. При штабах некоторых фронтов создавались специальные отделы по руководству оперативной деятельностью партизанских формирований. Эти органы тесно сотрудничали с республиканскими и областными партийными комитетами.

Основным звеном в системе партийного руководства борьбой советских людей на оккупированной врагом территории являлись областные, городские и районные подпольные партийные комитеты.

В первые месяцы войны в этой важнейшей работе пришлось преодолевать большие трудности. Во многих районах Белоруссии, Украины и в Прибалтийских республиках из-за быстрого продвижения вражеских войск заблаговременно создать партийное подполье и партизанские отряды не удалось, а там, где удалось, они из-за жестоких репрессий не смогли закрепиться и развернуть свою деятельность.

Несмотря на эти серьезные трудности, в 1941 г. на временно оккупированной противником советской территории развернули работу 18 подпольных обкомов, более 260 окружкомов, горкомов, райкомов и других партийных органов, большое количество первичных партийных организаций и групп. Повсеместно создавалось комсомольское подполье.

Подпольные партийные и комсомольские комитеты и организации начинали свою деятельность с массово-политической работы среди населения и партизан. Они разоблачали фашистскую идеологию и пропаганду, распространяли информацию о событиях на советско-германском фронте. Это способствовало укреплению связи партии с советскими людьми в тылу врага, вселяло в них уверенность в неизбежности разгрома агрессора, в победе Советского Союза.

Наряду с пропагандистской работой организовывались крупные диверсии. Так, подпольщики Киева 19–25 сентября 1941 г. уничтожили здание станции Киев-Товарная, основные цехи Киевского паровозостроительного завода, главные железнодорожные мастерские, депо имени Андреева, взорвали и сожгли фабрики имени Розы Люксембург и имени Горького. Патриоты срывали восстановление гитлеровцами заводов «Большевик» и «Ленинская кузница».

Организуя борьбу советских людей во вражеском тылу, партийные органы особое внимание уделяли развертыванию партизанских формирований. Большинство партизанских отрядов и групп составляли советские люди, оказавшиеся на оккупированной врагом территории. В них добровольно объединялись патриоты, горевшие желанием оказать помощь Советской армии в скорейшем разгроме и изгнании немецко-фашистских захватчиков с родной земли.

При заблаговременном формировании партизанских отрядов и групп их костяком нередко служили истребительные батальоны. Отряды создавались по территориальному признаку – в каждом районе.

Те партизанские отряды и группы, которые состояли преимущественно из коммунистов, комсомольцев и советского актива, партийными комитетами и армейскими штабами рассматривались как база для широкого развертывания всенародной борьбы в тылу врага.

В партизанские отряды вливались бойцы и командиры частей, попавших в окружение. Например, в конце 1941 г. в отряды Крыма вступило 1315 воинов (около 35 процентов общей численности партизан на полуострове), а в отряды Орловской области – около 10 тыс. Это значительно повышало боеспособность отрядов. Военнослужащие вносили в ряды партизан дух дисциплины и организованности, помогали им овладевать оружием, тактикой и приемами борьбы в тылу врага.

Центральный комитет партии обращал внимание на необходимость привлекать к работе в тылу врага людей с опытом партизанской борьбы, накопленным еще в годы гражданской войны, старых большевиков, чекистов, партийных работников. В Белоруссии крупными руководителями партизанского движения стали уже имевшие опыт этой борьбы С. А. Ваупшасов, В. З. Корж, К. П. Орловский, М. Ф. Шмырев, на Украине – М. И. Карнаухов, С. А. Ковпак, И. Г. Чаплин, в Российской Федерации – Д. В. Емлютин, Н. З. Коляда, Д. Н. Медведев, А. В. Мокроусов, С. А. Орлов и другие.

Широкий размах партизанское движение приобрело в южных районах Ленинградской области, в Калининской, Смоленской, Орловской областях, в западных районах Московской, в Витебской, Минской, Могилевской, Сумской, Черниговской, Харьковской и Сталинской (Донецкой) областях.

Партизанские формирования были самыми разнообразными по своей структуре, численности и вооружению. Одни из них подразделялись на группы и дружины, другие – на роты и взводы. Имелись объединенные отряды, батальоны, полки, бригады.

Партизанские отряды, созданные в прифронтовых областях в предоккупационный период, по своей организации приближались к воинским подразделениям, делились на роты, взводы, отделения и имели группы связи, разведки и обеспечения. Средняя их численность не превышала 50–75 человек. Руководство отряда состояло из командира, комиссара и начальника штаба.

К концу 1941 г. на оккупированной врагом территории функционировало более 2 тыс. отрядов общей численностью свыше 90 тыс. человек.

Партизаны совершали диверсии, устраивали засады, нападали на вражеские гарнизоны, разрушали железные дороги, взрывали железнодорожные мосты, уничтожали предателей и изменников Родины, вели разведку, взаимодействовали с частями Советской армии.

В тылу немецко-фашистской группы армий «Север», рвавшейся к Ленинграду, действовало около 20 тыс. ленинградских и прибалтийских партизан. Командующий 16-й немецкой армией уже 19 июля 1941 г. вынужден был издать специальный приказ о борьбе с ними. С нескрываемым беспокойством он отмечал усилившуюся активность советских партизан и указывал, что с их действиями «необходимо считаться». Весьма показательны предупреждения командования группы армий «Север», данные 11 ноября войскам, о том, что «связующим путем из Пскова на Гдов надо считать только дорогу Псков – Маслогостицы – Ямм – Гдов. Связь через Новоселье – Струги-Красные прервана и ведет через опасную территорию, где находятся партизаны».

В нападениях на тылы группы армий «Центр» в течение лета и осени 1941 г. приняло участие до 900 партизанских отрядов и групп общей численностью более 40 тыс. человек. Партизаны разрушали в районах боев железнодорожные пути, линии связи, устраивали на дорогах завалы, срывая работу вражеских коммуникаций. В одном из приказов командующего 4-й немецкой армией Клюге говорилось: «5 ноября на участке Малоярославец – Башкино были взорваны рельсы во многих местах и 6 ноября на перегоне Киров – Вязьма взорваны стрелки». По свидетельству командующего 2-й немецкой танковой армией, в середине ноября 1941 г. из-за недостатка паровозов и из-за разрушений на железных дорогах, совершавшихся партизанами, группа армий «Центр» вместо 70 эшелонов, составлявших суточную потребность в материальных средствах, получала только 23. По данным гитлеровского командования, с начала войны по 16 сентября в тылу немецко-фашистских войск было разрушено 447 железнодорожных мостов, в том числе в тылу группы армий «Центр» – 117, группы армий «Юг» – 141.

На южном участке советско-германского фронта в тылу группы армий «Юг» летом и осенью 1941 г. действовало 883 партизанских отряда и 1700 небольших групп общей численностью около 35 тыс. человек. Из них с войсками Юго-Западного и Южного фронтов взаимодействовали 165 отрядов.

В боях под Киевом мужественно сражался с врагом 1-й Киевский партизанский полк. На Кировоградчине партизанский отряд имени К. Е. Ворошилова (командир А. С. Куценко) в период с 3 сентября по 15 октября провел 50 боев с захватчиками. Партизаны Черниговской области только за вторую половину сентября 1941 г. уничтожили 11 мостов, 19 танков, 6 бронемашин, несколько пушек, 2 склада с боеприпасами, убили и ранили свыше 450 немецких солдат и офицеров.

Решимость, с какой советские люди вели непримиримую борьбу с оккупантами, вызывала постоянную тревогу у гитлеровского руководства. Уже 25 июля 1941 г. главное командование немецкой армии подготовило первый доклад о действиях партизан. В нем обращалось внимание на серьезную опасность партизанского движения для немецкого тыла, его коммуникаций. В приказе начальника штаба верховного командования вооруженных сил гитлеровской Германии Кейтеля от 16 сентября 1941 г. отмечалось:

«С начала войны против Советской России на оккупированных Германией территориях повсеместно вспыхнуло коммунистическое повстанческое движение. Формы действий варьируются от пропагандистских мероприятий и нападений на отдельных военнослужащих вермахта до открытых восстаний и широкой войны...»

Противник принимал энергичные меры по охране путей сообщения на оккупированной территории. В инструкции ОКХ от 25 октября 1941 г. по борьбе с партизанами указывалось, что в среднем на каждые 100 км железных дорог необходимо иметь около батальона охраны.

По данным германского генерального штаба на 30 ноября 1941 г., то есть в период особо напряженных боев под Москвой, когда гитлеровцы испытывали острый недостаток в людях, немецко-фашистское командование вынуждено было выделить для охраны коммуникаций и для борьбы с партизанами почти 300 тыс. человек из состава регулярных войск, охранных частей и других формирований.

Широкий размах в тылу врага получило движение по срыву политических, экономических и военных мероприятий оккупантов. Фашисты рассчитывали использовать в своих интересах промышленные, сырьевые и людские ресурсы захваченных областей. Из Донбасса они планировали получать уголь, из Кривого Рога – железную руду, из сельскохозяйственных районов Советского Союза вывозить зерно и другую продукцию.

Чтобы сорвать грабительские планы врага, советские люди под разными предлогами отказывались выходить на работу, уклонялись от регистрации на биржах труда, скрывали свои профессии. Они приводили в негодность или надежно прятали оставшееся оборудование промышленных предприятий и сырье.

В Дзержинском районе Смоленской области, например, в ноябре 1941 г. оккупанты пытались восстановить Кондровскую, Троицкую и Полотняно-Заводскую бумажные фабрики. Из Германии прибыли специалисты, но рабочие по заданию подпольной организации спрятали ценное оборудование. Несмотря на строжайшие приказы немецкой комендатуры, ни одна деталь не была возвращена. Фабрики так и не были восстановлены.

В сентябре 1941 г. на Кричевском цементном заводе в Белоруссии рабочие по заданию подпольной организации вывели из строя привезенные из Германии электромоторы, трансмиссии размольных печей. В результате гитлеровцам пришлось отказаться от попытки пустить завод в эксплуатацию. В Харькове за первые три месяца оккупации им не удалось восстановить ни одного предприятия.

Колхозники прятали запасы хлеба и фуража, угоняли и укрывали скот в лесах, выводили из строя сельскохозяйственную технику. Например, осенью 1941 г. гитлеровцы рассчитывали заготовить в Клетнянском районе Орловской области более 600 тонн хлеба, около 3 тыс. тонн картофеля и другие продукты. Однако крестьяне не вывезли на заготовительные пункты ни одного килограмма зерна и картофеля. Весь урожай 1941 г. был распределен между колхозниками и надежно спрятан.

С актами саботажа немецкие оккупационные власти сталкивались почти повсеместно. В октябре 1941 г. начальник диверсионной службы вермахта на южном участке советско-германского фронта Т. Оберлендер доносил в Берлин: «Гораздо большей опасностью, чем активное сопротивление партизан, здесь является пассивное сопротивление – трудовой саботаж, в преодолении которого мы имеем еще меньшие шансы на успех».

Эти и многие другие подобные им факты со всей очевидностью опровергают вымыслы буржуазных авторов о лояльном отношении советских людей к захватчикам на оккупированной территории. И хотя народная борьба в тылу врага лишь развертывалась, советские патриоты уже наносили по врагу ощутимые удары, оказывали Советской армии немалую помощь в срыве планов гитлеровского командования.

 



© 2024  ECC Sokolniki
   |   
Project Coordinator:
Pavel Revenko
Tel.: +7 495 995 0595

 

   |       |   
International Exhibition of Calligraphy
   |   
Contemporary Museum of Calligraphy